В настоящее время в Латвии ведётся сбор подписей под законопроектом «Поправки к закону о государственных накопительных пенсиях», предусматривающим возможность изъятия накоплений второго пенсионного уровня. В связи с этим в публичном пространстве нередко упоминается опыт Литвы и Эстонии. Хотя системы второго пенсионного уровня балтийских государств преследуют единую цель, их устройство и принципы финансирования существенно различаются. Именно эти различия и определяют, что изъятие средств фактически означает в каждой из стран.
Что объединяет второй пенсионный уровень балтийских стран и в чём различия?
Балтийские государства формировали второй пенсионный уровень на основе единой идеи — направить часть социальных взносов на финансовые рынки, чтобы будущая пенсия в меньшей степени зависела от соотношения числа работающих и пенсионеров и в большей мере опиралась на долгосрочную инвестиционную доходность. Однако принципы уплаты этих взносов в Латвии, Литве и Эстонии существенно различаются.
В Латвии второй пенсионный уровень полностью интегрирован в систему социального страхования. Из общей ставки обязательных государственных социальных взносов (20%) 5% направляются на второй пенсионный уровень. Это означает, что человеку не нужно делать никаких дополнительных выплат из собственного кармана, а его чистая заработная плата не уменьшается из-за того, что он принял решение участвовать во втором пенсионном уровне. Иными словами, уплачиваемый человеком социальный взнос делится между первым и вторым уровнями пенсии. На практике это означает, что накопления формируются автоматически и без какой-либо дополнительной финансовой нагрузки сегодня.
В Литве подход иной. До начала 2026 года в пенсионной системе действовал принцип автоматического включения (auto-enrolment), однако человек мог отказаться от участия или выйти из системы. С начала 2026 года участие во втором пенсионном уровне является полностью добровольным. Важнейшее отличие состоит в том, что в Литве при формировании пенсионных накоплений социальный взнос работника не делится. Работающий дополнительно вносит 3% от своей брутто-зарплаты, к которым прибавляется государственная доплата в размере 1,5% от средней заработной платы по стране. Таким образом, участие в системе второго пенсионного уровня Литвы означает осознанный выбор — сократить свои сегодняшние доходы, чтобы накопить больше на будущее, тогда как государство это стимулирует.
Схожий подход применяется и в Эстонии. Государство направляет 4% от социальных взносов лишь в том случае, если сам работник делает дополнительные взносы из своей брутто-зарплаты. Он может выбрать размер взноса: 2%, 4% или 6%. В Эстонии система также является добровольной — человек вправе не участвовать в ней или выйти из неё.
С точки зрения участника это различие весьма существенно. В Латвии участие во втором пенсионном уровне не требует от человека дополнительных выплат из собственного кармана, поскольку общая налоговая нагрузка не меняется. В Литве и Эстонии участие во втором пенсионном уровне означает реальный выбор — платить больше сегодня и осознанно сокращать свои текущие доходы.
Именно в этом и кроется принципиальное различие, которое необходимо учитывать в нынешней дискуссии в Латвии. В Литве и Эстонии люди в значительной мере изымают или прекращают формировать добровольно созданные ими дополнительные накопления. В Латвии же накопления второго пенсионного уровня образуются из части обязательных социальных взносов, предназначенных для пенсионного обеспечения в старости.
Главная цель всех пенсионных систем тем не менее остаётся единой — обеспечить гражданам достаточный доход после достижения пенсионного возраста. Основным критерием оценки любой реформы должен служить вопрос: способна ли система в долгосрочной перспективе обеспечить достаточный размер пенсии большинству членов общества? По существу, пенсионная система — это механизм, помогающий людям накапливать часть регулярных трудовых доходов до того момента в будущем, когда они уже не смогут их получать.
Что происходит в Литве и какой опыт демонстрирует Эстония?
В Литве в настоящее время происходит изъятие средств второго пенсионного уровня, поскольку именно это предусмотрено реформой, начатой в прошлом году. В публичном пространстве нередко складывается ошибочное впечатление, что люди просто «изымают все накопления второго пенсионного уровня». В действительности это не так: предусмотрены определённые ограничения.
Человек может получить:
- собственные дополнительные взносы, внесённые во второй пенсионный уровень (3%);
- доход, полученный от инвестирования этих взносов.
Часть, доплаченная государством, в денежном виде не выплачивается. Государство направляет её на первый пенсионный уровень данного лица и продолжает придерживаться принципа, согласно которому государственное софинансирование и впредь служит пенсионным целям.
По имеющимся у Банка Латвии сведениям, уже в первые три месяца за получением средств обратились около 37% участников второго пенсионного уровня Литвы. В результате общий объём накоплений сократился примерно на 40%. Хотя после реформы и был отмечен небольшой рост интереса населения к вкладам и инвестициям, уже сейчас очевидно, что значительная часть изъятых средств была направлена на текущее потребление и погашение краткосрочных обязательств.
Схожий опыт ранее приобрела и Эстония: в 2021 году она ввела значительно более добровольную модель второго пенсионного уровня и позволила людям изымать накопленные средства. Там тоже поначалу очень большая доля участников выбрала изъятие средств. Из системы вышла или изъяла накопления примерно треть участников, и в общей сложности из пенсионных фондов было выплачено несколько миллиардов евро.
Последующие оценки центрального банка Эстонии и других институтов показали, что значительная доля средств была использована на повседневное потребление, погашение кредитов и приобретение недвижимости, а не на долгосрочные инвестиции или формирование новых пенсионных накоплений.
Это вновь обнажает центральную дилемму пенсионных систем: долгосрочные накопления очень часто конкурируют с сиюминутными потребностями людей. Именно поэтому во многих странах для пенсионных накоплений устанавливаются ограничения и особые условия, призванные обеспечить, чтобы накопленные средства действительно служили пенсионным целям в старости, а не краткосрочному потреблению.
Важно понимать, что «изъятие средств из второго пенсионного уровня» в балтийских странах означает принципиально разные вещи — в силу различий в устройстве самих пенсионных систем.
В Латвии это означало бы отказ от части накоплений, формируемых из обязательных социальных взносов и предназначенных для пенсионного обеспечения в старости. В Литве — это доступ к собственным дополнительным взносам лица (3%) и доходу от их инвестирования, тогда как государственная доплата направляется на первый пенсионный уровень. В Эстонии — это возможность выйти из системы или частично изъять накопления, сформированные за счёт собственных дополнительных взносов лица (2–6%) и государственного участия.
Таким образом, в Латвии речь идёт об обязательной части пенсионных накоплений, в Литве — о добровольно сформированных дополнительных накоплениях, а в Эстонии — об участии в системе в целом с компонентом дополнительных взносов.
Что это означает для Латвии?
Дискуссия о возможности изъятия накоплений второго пенсионного уровня — это не только вопрос индивидуального выбора. Это также проблема долгосрочной социальной и фискальной стабильности государства.
В основе нынешней инициативы по сбору подписей во многом лежит аргумент о том, что люди сами лучше знают, как распорядиться своими деньгами, и что государству следует больше доверять способности людей принимать решения о своих накоплениях. Во многих случаях это понятный аргумент, особенно в период, когда часть общества живёт в условиях финансовой напряжённости, сталкивается с высокими расходами на жильё, кредитными обязательствами и ростом повседневных расходов. В такой ситуации возможность получить доступ к накопленным средствам кажется многим логичной и обоснованной.
Опыт Литвы и Эстонии также свидетельствует о том, что с точки зрения текущего положения люди в большинстве своём действуют рационально: гасят долги, совершают крупные покупки, улучшают жильё или просто стараются стабилизировать своё финансовое положение. Проблема в том, что эти индивидуальные и рациональные краткосрочные решения далеко не всегда совпадают с долгосрочными потребностями и целями пенсионной системы — и самого человека.
В балтийских странах между государством и обществом по-прежнему действует прочный социальный договор: люди рассчитывают, что в старости государство о них позаботится. Если в преклонном возрасте доходов оказывается недостаточно, граждане обращаются за помощью в самоуправления, к политикам и государственным институтам — и в определённой мере такая поддержка действительно оказывается. Так обстоит дело сегодня, и ничто не указывает на то, что эти общественные ожидания существенно изменятся в будущем.
Это принципиально отличается от ситуации, например, в Соединённых Штатах, где значительно бо́льшая ответственность за пенсионные накопления, медицинское страхование и финансовую безопасность в старости традиционно лежит на самом человеке.
Именно поэтому в мировой практике при формировании пенсионных накоплений широко применяется принцип автоматического включения (auto-enrolment). Поведенческая экономика показывает, что большинство людей не способны формировать долгосрочные накопления с достаточной дисциплиной, поскольку отдают предпочтение сиюминутным потребностям. Пенсия кажется молодым людям слишком далёкой перспективой, тогда как повседневные расходы — куда более актуальными. Существует и достаточно распространённое убеждение, что «до пенсии мы всё равно не доживём», что ещё больше снижает мотивацию к долгосрочным накоплениям.
Поэтому государства ищут механизмы для автоматического вовлечения людей в процесс накопления. Подобные системы действуют в Великобритании, Швеции (государственный фонд AP7 Såfa), Новой Зеландии, Дании и ряде других стран. В основе этих систем лежит признание того, что без автоматического включения большинство людей не сформируют достаточных долгосрочных накоплений.
Если Латвия выберет путь полного перевода второго пенсионного уровня на добровольную основу или разрешит широкое изъятие средств, это повлечёт долгосрочные последствия и окажет существенное воздействие на социальную и фискальную ситуацию в стране. Расчёты показывают, что люди, вышедшие из второго пенсионного уровня и выходящие на пенсию примерно через 20 лет, могут получать пенсионный доход примерно на 30% ниже, чем те, кто остался в системе и продолжает регулярно и автоматически накапливать средства.
Одновременно это означало бы рост неравенства. Наиболее финансово грамотные граждане, системно формирующие накопления и инвестиции, смогут обеспечить себе значительно более высокий уровень жизни в старости. Тогда как большая часть общества, рассчитывающая исключительно на первый пенсионный уровень и не создающая дополнительных накоплений, рискует оказаться в бедности.
На этом этапе возникает главный вопрос, от ответа на который нельзя уклоняться. Если Эстония движется в направлении, при котором более высокую пенсию можно обеспечить лишь за счёт собственных дополнительных взносов, а Литва — в направлении, где бо́льшая свобода означает и бо́льшую индивидуальную ответственность за формирование накоплений, готова ли Латвия выработать третий — собственный — подход? И если да, каким он должен быть?
Это система с бо́льшим участием государства, делающая упор на автоматическое накопление, стабильность и защиту от влияния краткосрочных решений? Или это модель, при которой бо́льшая доля ответственности за доходы в старости последовательно перекладывается на самого человека — с допущением, что он обладает достаточной финансовой грамотностью, дисциплиной и способностью принимать взвешенные решения, чтобы самостоятельно обеспечить себе необходимый достаток в преклонном возрасте?
Очевидно, что речь идёт о серьёзных вопросах государственного выбора в отношении долгосрочной модели социальной системы будущего — о том, в какой мере государство берёт на себя ответственность за стабильность доходов граждан в старости и в какой мере оставляет это на их собственное усмотрение и ответственность.
Вместе с тем необходимо осознавать: если нынешняя система автоматического накопления будет существенно ослаблена или разрушена, рано или поздно на её месте придётся создавать другую. Международный опыт показывает, что системы, основанные исключительно на индивидуальной инициативе и добровольном накоплении, в долгосрочной перспективе не обеспечивают достаточного пенсионного дохода для большой части общества. Именно поэтому во многих странах всё большая роль отводится участию работодателей в формировании пенсионных накоплений. Однако это не простой процесс: он означает дополнительную нагрузку на работодателей и более сложное управление системой.
Поэтому дискуссия касается не только возможности изъять деньги сегодня. Это дискуссия о том, какую систему Латвия хочет и сможет поддерживать в будущем и насколько эффективно она сможет обеспечить достаточную пенсию широким слоям общества.
Именно поэтому решение о втором пенсионном уровне на самом деле значительно шире, чем решение об изъятии накоплений сегодня. Это решение, которое определит социальную реальность Латвии через 20, 30 и ещё многие десятки лет. Упомянутые законодательные поправки в действительности означают серьёзную реформу пенсионной системы, которую безответственно продвигать второпях — без дискуссии, без анализа возможных последствий и без чёткого видения той социальной реальности, в которой нам предстоит жить в будущем.
Автор: Эвия Дундуре, Руководитель Управления надзора за страхованием и пенсионной системой, Latvijas Banka.
Источник: Latvijas Banka
(Переведено с помощью искусственного интеллекта)
